Де Росси: «Мне нужна «Рома»

Даниэле Де Росси

Даниэле Де Росси

Это свершилось! Наконец-то сага, которая длилась с лета прошлого года, закончилась. Лидер полузащитной линии «Ромы» Даниэле Де Росси продлил контракт с клубом. По этому поводу руководители клуба и сам футболист созвали пресс-конференцию, на которой журналисты и тифози услышали ответы на все волнующие их вопросы. По старшинству начал генеральный директор клуба Франко Бальдини: «Всем добрый день, спасибо, что пришли. Мое сообщение простое: мы с Даниэле договорились о контракте еще на пять лет, общая зарплата до вычета налогов – 10 млн. евро в год, 5,5 млн. евро в год для футболиста, плюс бонусы, которые зависят не только от числа сыгранных матчей, но и от результатов команды. Никаких условий расторжения нет. «Рома» также получает 50% прав на использование образа Де Росси».

— Даниэле, что тебя заставило принять контракт, который свяжет тебя с «Ромой» на всю жизнь?
— Город, команда, эти люди – все то, что меня всегда заставляло оставаться тут с такой огромной страстью. Я понял, что то, в чем я нуждаюсь, находится здесь. С моего первого контракта до нынешнего момента изменилось не так уж много, хотя путь был долгим и некоторая неуверенность у меня была. Но мне хорошо тут и мне нужна «Рома», чтобы играть в футбол определенным образом, я обдумывал другие решения, я слушал тысячу людей, но я всегда знал, что мое решение будет таким.

— Неуверенность? С чем она была связана, с проектом «Ромы»? Как повлиял приход Луиса Энрике?
— Есть много ответов. В прошлом году после дерби был момент, когда я почувствовал, что любовь людей по отношению ко мне угасла, я не говорю, что все болельщики меня разлюбили, но с человеческой и профессиональной точки зрения я не чувствовал, что они считают меня важным игроком, в том числе и по моей вине. Я почувствовал это и стал думать о других вариантах, я представлял себе другие стадионы, возможность бороться с самыми сильными игроками и за самые важные трофеи, и это все меня прельщало немного больше, чем обычно. И тот факт, что контракт заканчивался, заставлял меня задумываться. Да, я общался с другими командами, я хотел понять, силен ли я для клубов такого уровня. Моя любовь к «Роме» не зависит от тренеров, президентов, руководителей. Но Луис Энрике стал для меня основополагающим фактором, он снова зажег во мне пламя. Каждый игрок нуждается в таком толчке. После шести месяцев с ним я могу сказать ,что это лучший тренер из тех, с кем я работал, и в плане управления людьми тоже. В каждом его решении – про тактику, про сборы, про тренировки – мы с ним на одной волне.

— Много говорили о «клаузоле» (сумма отступных, — прим. ред.), условии расторжения контракта, ты просил об этом?
— В первой части этого сезона основным препятствием заключению контракта были экономические условия, я просил об этой цифре с самого начала и не изменил свои требования до сегодняшнего дня, я не собирался делать скидки. Добавить в контракт «клаузолу» было правильной попыткой со стороны клуба, об этом думал и я тоже, но, в конце концов, я отказался от этого, так как это сильно диссонировало бы с моими отношениями с людьми и с клубом. Так что никакой «клаузолы».

— Насколько это решение принято головой, а насколько сердцем? Ты и Тотти – наверное, единственные в Европе футболисты такого уровня, кто родился и остался в своем клубе, что ты получаешь взамен того, что одержишь меньше побед?
— Жить в этом городе день за днем – это чудо. Нам повезло с тем, что нас тут всегда любили, последние 8-9 лет тут я видел много хорошего. Я многим обязан семье Сенси, также частично и этим контрактом. Теперь здесь другое руководство, и атмосфера очень позитивная. Конечно, когда дела идут плохо, появляются мысли уйти, но теперь решение принято. Нельзя же издеваться над собой и снова и снова менять решение после каждого поражения. Я знаю, что значит остаться в Риме, отказаться от некоторых возможностей, но не надо считать, что я не обдумал все. Я остаюсь тут, не для того чтобы быть туристом, жить у себя дома и смотреть на Колизей. Я верю в этот проект, хотя это слово всем уже ужасно надоело, и я очень многого ждут от этого клуба.

— На прошлой неделе миноритарные акционеры «Ромы» выступили против того, чтобы продлять твой контракт, и Бальдини ответил, что продление контракта вызовет пересуды.
— Я должен ответить им на поле. Надеюсь, что на следующей ассамблее эти акционеры будут полностью удовлетворены. Я сомневаюсь в этом, но попробуем. Так или иначе, Рим – это город, в котором 24 часа 7 дней в неделю говорят о футболе, и было бы странно, если бы все имели одинаковые мнения. Акционеры не говорят от имени болельщиков, и как бы банально это не звучало, у каждого есть право думать, как ему заблагорассудится. Я уважаю их мнение, и среди болельщиков есть люди, которые сомневаются в моей футбольной ценности.

— Ты сказал, что веришь в проект. В ближайшие 5 лет, на которые ты подписал контракт, может ли у клуба быть цель выиграть скудетто или Лигу чемпионов?
— Да, думаю, да. Иногда мои сомнения были связаны именно с этим. Это спортивный директор может ждать 10 лет, пока придут результаты, хотя в Риме это будет трудно (Бальдини: «Тут даже 6 месяцев трудно»). Но у меня нет столько времени, чтобы ждать это скудетто. Я хочу, чтобы нынешний год стал последним, когда мы начинаем не в числе фаворитов. Конечно, в этом сезоне выиграть было нереально, даже думать об этом нереально, но мы говорили это слишком много, создали себе алиби. Со следующего года директор должен сделать огромную работу, и они уже сделали первый шаг в минувшей трансферной кампании: взяли тренера и молодых сильных футболистов. А мы игроки должны сделать огромную работу на поле, нам еще всем надо расти. Думаю, что в ближайшие пять лет молодая команда вырастет настолько, чтобы бороться за скудетто. Бороться за Лигу Чемпионов сложнее, там есть гигантские клубы с огромными финансовыми вложениями и мощнейшими игроками.

— Говорят, что в этом году вернулся тот Де Росси, которого не было последние два года, чего тебе не хватало?
— Кое-чего мне не хватало, особенно в прошлом году я не играл так хорошо, как во времена Спаллетти. Нужно бы пересмотреть матчи, чтобы понять, что не получалось, но в Риме всегда так – если не играешь хорошо два матча, то пишут, что уже не играешь два года, если три неудачных матча – то не играешь три года. Конечно, в этом году я стал играть лучше, я начал чемпионат с правильным настроем, хотел сделать так, чтобы замолчали те люди, которые писали о том, что игрок в 27 лет оказывается в яме. В этом году я обрел тренера, который очень правильно меня использует, растит меня. Я не пытаюсь подлизываться, вы меня знаете, я не подхалим, но он ставит меня на позицию, которая мне нравится, которая налагает на меня огромную ответственность, а это для меня самое важное. Мне нравится играть так — не стоять где-то в углу, а играть так, чтобы все кружилось вокруг меня, часто владеть мячем, становиться причиной побед, а иногда и поражений.

— Даниэле, ты сказал, что нужно расти и делать большую работу, кому в первую очередь – клубу с точки зрения организации или игрокам и тренерам со спортивной точки зрения?
— Нужно улучшать все и всем, клуб, игроки, окружение. Тифози уже растут, показывая такое терпение и зрелость. И команда растет – вчерашний матч, например, был этому явным доказательством. В Риме всегда так: существуют разные кучки болельщиков, кто-то болеет за Сенси, кто-то за американцев, кто-то за отдельных игроков. Это все распыляет силы и отвлекает внимание от главного – от «Ромы». Да, все эти кучки болеют от всего сердца и каждый факт используют как доказательство своих идей – если проиграли, что «у этих американцев нет ни копейки», если победили «я всегда знал, что это прекрасный проект». Так было и во времена Сенси, когда критиковали команду, идущую на втором месте. Мы должны расти как игроки, приобретать опыт, и это ежедневная работа.

— Вопрос к Бальдини: если Де Росси подписал контракт, значит что-то есть позади этого американского антуража, что за идеи?
— Это идея играть в футбол определенным образом, сначала – играть красиво, затем – побеждать. Никто никогда не скрывал, что есть желание выиграть. Мы не говорили жестко о временных рамках, потому что мы их не знаем, нужно смотреть и на то, что будут делать другие клубы. Но наша задача – бороться за победу, иначе бы я не вернулся. Переговоры с Даниэле были трудными и долгими, в таких переговорах каждый использует свои козыри. На Даниэле претендовали очень мощные команды, более престижные, и даже экзотические, и они предлагали ему огромные деньги, так что не надо думать, что Де Росси согласился только из-за денег. И тот факт, что он подписал контракт, свидетельствует о том, что Даниэле поверил в то, что мы работаем на победу, что есть вероятность победить, оставаясь в «Роме». И я очень этому рад.

DDR_big_01DDR_big_02DDR_big_03DDR_big_04DDR_big_05DDR_big_06DDR_big_07DDR_big_08DDR_big_09DDR_big_10DDR_big_11DDR_big_12

— Даниэле, что сказал Тотти, когда вы решали, подписывать ли контракт. (Бальдини смеется: «Франческо сказал ему – заставь их заплатить»)
— (смеется) Он никогда не давил на меня. Но самым главным был его один вид, вид счастливого и спокойного человека, который счастлив, несмотря на то, что остался в «Роме». В Риме можно быть очень счастливым, быть любимым всеми, даже в его возрасте, самым любимым игроком. Хотя я понимаю, что не смогу побить его рекорды, но повторить его карьеру было бы для меня счастьем. И у Тотти есть скудетто, которого нет у меня, которого мне так не хватает. У меня есть огромное желание поставить что-то в свой шкафчик. И это самый главный стимул для меня в карьере.

— Тебе дали гарантии того, что клуб будет конкурентоспособным в ближайшие годы?
— Да, и это нормально. Меня убеждали не только словами, хотя я говорил и с президентами, с теми, кто приехал из Америки, я правда пока не понял, кто из них двоих – президент (смех в зале, Бальдини: «Ничего страшного»). Я говорил с Сабатини, а это особенный человек, он не слишком хладнокровный, и этот контракт не давал ему жить спокойно, так что он пробовал убедить меня подписать это соглашение со всей своей страстью и выразительностью. (Бальдини: «Может теперь он бросит курить»).

— Бальдини, что насчет «клаузолы»?
— Мы обязательно должны говорить о вещах, которых нет? Переговоры были долгими, этот вариант тоже возникал, но очень быстро быть отвергнут. Однако новость уже просочилась в прессу, и журналисты так никогда и не прекратили ее обсуждать. Могу сказать, что цифра, которая обсуждалась, была намного выше, чем та, о которой вы писали.

— Говорят, что настоящая проблема в этом контракте – позиция вашего агента. То, что вы подписали контракт, его порадовало? Вам приходилось давить на него, чтобы остаться в «Роме»?
— (смеется) Хорошо, что вы задали этот вопрос, я сам хотел поговорить об этом. Это одна из безумных новостей, которая постоянно циркулировала в газетах. Мой агент говорит от моего имени, он не чудовище, не людоед, который пытался любой ценой утащить меня в другой клуб, вовсе нет. Он всегда знал мое желание остаться и работал в этом направлении. Не бывает так, чтобы агенты решали продать кого-то куда-то. Он из Пистои, ему все равно – «Рома», «Ювентус» или еще что-то, он мне советовал присмотреться к предложениям других клубов, более титулованных, но он всегда разделял мое желание остаться и работал от моего имени для моего блага.

— Монтали говорил, что при Сенси тебе предлагали продление контракта, что не получилось?
— Довольно давно, когда мы боролись за скудетто с Раньери, мне позвонила Розелла и предложила поговорить о новом контракте, но я по собственной вине отказался – сказал, что сейчас самый важный период в моей карьере и я не хочу пока что думать об этом. Потом начались проблемы с продажей клуба, и я чувствовал, что это не лучшее время просить новый контракт с увеличением зарплаты. Затем стали говорить об этих американцах, говорили, что тут будет столько денег, и я решил подождать, чтобы взять эти деньги (смеется).

— Как ты себя чувствуешь физически, как твоя пубальгия?
— Мне уже лучше, с точки зрения настроения. Эта конференция была назначена на сегодня независимо от вчерашнего результата, но я так рад, что она именно сегодня. После вчерашнего матча я на седьмом небе. Пубальгия меня мучила в 2003/04 годах, и это была самая сложная травма в моей жизни, сейчас я решил не повторять тех ошибок и пропустить несколько матчей и тренировок, хотя это очень трудно, я без этого становлюсь злым и грустным. Надеюсь, что пропущенные матч, а также пропуск «Катаньи» из-за замены и «Сиены» из-за дисквалификации поможет мне вернуться на поле в полном порядке.

— Теперь тебе надо восстановить отношения с некоторыми болельщиками, которые отдалились от тебя во время переговоров и перестали считать тебя «бандьерой».
— Болельщики всегда были рядом, не все думают так, как акционеры. Все «бандьеры» в футболе зарабатывают столько, сколько хотят, цены на футболистов, их зарплаты и суммы выкупа определяет рынок. Вероятно, это последний большой контракт, который я заключаю, так что для меня он был важен с экономической точки зрения. Я не видел никого, кто играл бы бесплатно, если увижу, пожму ему руку первым. Но не думаю, что это правильно. Так или иначе, каждый сам решает, что ему делать со своими деньгами, и думаю, что болельщики должны быть довольны моей игрой. Думаю, что вчерашний матч был самым лучшим, что я видел в этом году, мы победили топ-команду. Думаю, наша команда переживает взлеты и падения, потому что она молода, не только по возрасту игроков, но и по сроку создания. Но мы не должны считать это оправданием, нам надо бороться за то, чтобы закончить этот год максимально высоко, и это возможно, независимо от того, играю я или нет.

— Какая команда была ближе всех к тому, чтобы купить тебя?
— Я не стану называть эти команды, думаю, что это было бы неправильно. Но команд было много, некоторые из них – очень титулованные, некоторые, как сказал Бальдини, экзотические, и сделали сумасшедшие предложения. Что мне было неприятнее всего, так это читать мнения журналистов, которых я знаю лично, которые знают меня, бывшие футболисты, и все равно делают какие-то странные предположения о моем будущем и о моих нефутбольных проблемах. Или же люди, которых я вижу каждый день в Тригории, обнимаюсь с ними, а потом они у себя в Facebook сообщают что-то о «клаузолах» или чем-то таком. Я следу за всем этим в социальных сетях, оставаясь анонимным. Нет проблем, если просто какой-то журналист пишет что-то, что ему хочется, но когда это пишет кто-то, кого я хорошо знаю, это неприятно.

— Ты решил остаться в Италии, несмотря на то, что из страны убегают таланты…
— Да, и Бальдини мне приводил такие аргументы. Но я принял решение не из патриотизма. Меня всегда напрягает видеть, как освистывают и называют предателями людей, которые ушли, например, Мексеса, Аквилани, которые отдали «Роме» свои ноги, лодыжки и колени.

— «Рома» может бороться за третье место?
— Да, это то, на что я надеюсь, это цель «Ромы» — опередить «Лацио», «Интер», «Удинезе» — это сильные команды, но они достижимы, я верю. Это был бы отличный результат в этом году – третье место, я в это верю.

— Итальянские команды тебя пытались заполучить?
— Да, и для меня это было почетно, это были сильные команды, но я всегда отвечал, что это будет для меня последний вариант. Я все еще верю, что это неправильно делать с точки зрения уважения к болельщикам «Ромы». «Рома» всегда очень верила в меня и они хотят, чтобы я был очень важным игроком для клуба, они возлагают на меня огромную ответственность, для меня это очень важно.

— Что ты думаешь о разговорах о том, что нужно вводить зимнюю паузу в календаре?
— Думаю, что в этом есть смысл. Я вообще с детства привязан к определенному ритму футбола, что все матчи надо играть одновременно, в три часа дня воскресенья. Я помню, когда был еще ребенком и все матчи были днем, то дерби с Маццоне, Фонсекой, я смотрел его по RAI. А сейчас, когда тебе надо играть в Вероне, и температура меньше нуля, не лучший вариант делать это вечером. Хотя я понимаю, что для того, чтобы оплачивать все эти контракты, нужно получать деньги от телевидения. Зимой, я думаю, правильно было бы играть днем.

— Что тебя не убедило в проектах других команд, которые хотели тебя купить?
— (смеется) Нет, другие проекты были очень убедительны. Я благодарен всем тем тренерам и экспертам, которые в это время публично говорили обо мне лестные слова, за все эти зарубежные команды я с удовольствием болею, когда могу. Но меня очень убедил проект «Ромы», и когда дело касается «Ромы», все становится совсем иначе.

— А что если через 2-3 года «Рома» скажет, что ты больше не являешься частью проекта?
— Ну, тогда они должны будут меня вышвырнуть, но я-то подписал заранее на пять лет (смеются оба, вместе с Бальдини). Такое возможно, да, никто не знает, что будет через три года. Не хотелось бы паразитировать на «Роме».

— Какова была роль Паллотты в том, что ты решил остаться?
— Он произвел на меня очень хорошее впечатление, очень амбициозный, несмотря на то, как многого он уже добился, он дал понять, что хочет выиграть еще и тут. И это очень симпатичный человек, вы все знаете, что он сделал (смеется). И прекрасное впечатление на меня произвол Ди Беннедетто и все остальные, но давайте скажем так – главную часть работы проделали Бальдини, Сабатини, Фенуччи.

— Но Паллотта сказал, что он вырвал у тебя подпись.
— Да, я удивился, прочитав об этом в газетах, но потом посмотрел интервью и понял, что это была просто шутка. Паллотту я видел два раза в жизни, а Бальдини и остальных я вижу каждый день, они работают с нами с утра до вечера и основная заслуга принадлежит им.

Бальдини: «Да, но кто-то должен был дать денег». Де Росси: «Конечно, но меня спросили, кто был убедительнее».

Перевод и адаптация Jackie, as-roma.ru.